Сергей Сторчак
7 июля 2015 года в Москве под председательством министра финансов Российской Федерации Антона Силуанова - в тот год Россия председательствовала в объединении БРИКС - прошло первое заседание Совета управляющих Нового банка развития (далее - НБР, Банк). Проведение данного мероприятия стало возможным благодаря тому, что к указанной дате все члены «пятерки» завершили весьма сложные и трудозатратные (!) внутригосударственные процедуры по ратификации (утверждению) двух базовых документов об учреждении Банка - Межправительственного соглашения и Устава. О значимости, которое придавалось именно этому заседанию Совета управляющих, свидетельствует сам факт, что в нем приняли участие все министры финансов «пятерки». После встречи в Москве им более не суждено было встретиться в таком составе в рамках плановых (ежегодных) заседаний этого высшего органа управления НБР.
После итогового обсуждения повестки дня - а она состояла из вопросов административно-организационного характера, решения по которым запускали практическую работу Банка - были утверждены правила и процедуры работы Совета управляющих и Совета директоров, порядок избрания их председателей и президента, а также назначения вице-президентов. Затем председательствующий от имени всего «высокого собрания» сделал следу ющее заявление: «К 2020 году Банк должен полностью завершить свое корпоративное строительство и признаваться странами - членами объединения БРИКС и мировым сообществом как один из лидирующих многосторонних банков развития, успешно решающий задачи в таких ключевых сферах, как финансирование инфраструктуры, «зеленой» энергетики и иных проектов устойчивого развития.
Достиг ли НБР заявленных целей? Насколько успешным он стал как институт развития? Имеется ли потенциал для вывода НБР на новый уровень обеспечения интересов стран-учредителей? Ответу на эти и многие другие вопросы посвящен настоящий обзор почти пятилетней практической деятельности Банка.
ИТОГИ
Как непосредственному участнику предварительных консультаций об учреждении НБР и официальных переговоров полномочных делегаций сторон автору этих строк особенно отрадно отметить, что уже в начале 2018 года все внутрикорпоративные документы, необходимые для функционирования Банка, были разработаны, согласованы и утверждены. Всего таких документов насчитывается более трех десятков. Их трудно ранжировать по значимости, поскольку на основе каждого из них решаются конкретные задачи. Поэтому назову лишь некоторые, ни в коей мере не умаляя роли многих других.
Это - уже упоминавшиеся правила и процедуры проведения заседаний высших органов управления Банка, базовые условия предоставления кредитов суверенным заемщикам, аналогичные документы для частных заемщиков с использованием госгарантий и без таковых, порядок взаимодействия с многосторонними финансовыми институтами, документы, регламентирующие работу ключевых комитетов Банка: по бюджету, кадровым вопросам, а также аудиту, рискам и комплаенсу.
Таким образом, одно из двух ключевых пожеланий А.Силуанова, высказанное им на первом заседании Совета управляющих НБР, исполнено на все 100%: к началу 2020 года как международная финансовая организация, как юридическое лицо Банк состоялся, стал самодостаточным. Этому способствовала и аккуратность стран-учредителей в части выполнения обязательств по внесению взносов в оплачиваемую часть капитала. По состоянию на начало 2020 года его объем достиг 6,5 млрд. долларов из 10 млрд. долларов, предусмотренных учредительными документами.
На взгляд автора этих строк, за период, прошедший после создания НБР, решена и вторая задача, поставленная российской стороной: Банк стал не только узнаваемым в деловых и финансовых кругах стран - членов объединения БРИКС, но признанным авторитетом как в этих кругах, так и в развитых экономиках. В данном контексте достаточно процитировать журнал «Экономист», который в номере от 29 сентября 2018 года написал буквально следующее: «В момент слабого состояния стран-учредителей их наиболее амбициозное (tangible) творение - Банк, целью которого является перестройка сферы (мира) финансирования развития, - демонстрирует поразительные успехи (headway)». В соответствии с неписанными канонами британской политики журнал не утруждает себя анализом чужих «успехов». Вместо них эту миссию возьмем на себя.
Итак, по состоянию на начало 2020 года, то есть менее чем за пять лет со дня создания, НБР одобрил и принял к финансированию 52 инвестиционных проекта на общую сумму 15,8 млрд. долларов, причем в 2019-м, «прорывном» году было одобрено 22 проекта на сумму 7,1 млрд. долларов. По объему годовых операций Банк вплотную приблизился к одному из «ветеранов» финансирования развития - Европейскому банку реконструкции и развития (ЕБРР), для которого стало привычным заключение соглашений о финансировании на сумму порядка 9 млрд. долларов в год. Значительное число проектов, финансируемых НБР, - это проекты в сфере возобновляемой энергетики, то есть «зеленой» экономики. Разумеется, в его портфеле имеются и объекты транспортной инфраструктуры, и проекты, связанные с эксплуатацией (защитой) водных ресурсов, иные проекты, относимые Банком к устойчивой инфраструктуре. Обращает на себя внимание достаточно сбалансированная структура кредитного портфеля Банка: по 14 проектов реализуется в Китае и Индии, девять - в России, восемь - в ЮАР, семь - в Бразилии.
Среди других важных достижений, которыми вправе гордятся и акционеры Банка, и его персонал, - получение НБР от «Fitch Ratings» и «Standard & Poor’s Global Ratings» международных кредитных рейтингов на уровне АА+, а также наивысших оценок от национальных рейтинговых агентств России, Японии, Китая и ЮАР. В кратчайшие сроки Банком осуществлено размещение его корпоративных облигаций на финансовых рынках Китая и ЮАР. В 2019 году НБР зарегистрировал на Московской бирже программу выпуска облигаций на долговом рынке России на сумму 100 млрд. рублей. Сегодня можно с уверенностью говорить о том, что в дополнение к капиталу, формируемому за счет средств странучредителей, Банк имеет устойчивую ресурсную базу, позволяющую ему финансировать крупные проекты устойчивого развития.
ПРИЧИНЫ И ФАКТОРЫ
Темпы запуска операционной деятельности НБР не могут не впечатлять. Большинство действующих многосторонних банков развития достигали аналогичных показателей к концу первого десятка лет существования. Каковы причины/факторы этого успеха? Правильные ответы на данный вопрос важны не только в плане фиксации исторически значимых фактов. Сохранение действия этих факторов или, как минимум, бережное отношение к ним имеет важное значение для дальнейшего развития НБР.
Как представляется, в основе достижений Банка лежат три фактора, три обстоятельства, определяющих одновременно и его успехи, и его «новизну» по сравнению с другими МБР. Во-первых, сложившиеся - причем с момента предварительных консультаций - между учредителями отношения равенства, взаимного уважения и доверия. В основе операционной деятельности НБР - соблюдение суверенных интересов заемщика, «подстраивание» условий финансирования проектов под потребности конкретной страны и приоритеты ее развития. Никто из акционеров не обладает правом вето в отношении любого из возможных действий и/или решений Банка.
Во-вторых, использование если не абсолютно нового, но еще мало апробированного подхода к финансированию инвестиционных проектов. Этот подход получил определение как «развитие устойчивой инфраструктуры», то есть сооружение объектов социальной и физической инфраструктуры, устойчивых к внешнему воздействию. Это могут быть природные катаклизмы, экологические проблемы, проблемы с организацией финансирования на местах, влияние «человеческого фактора», изменение социальнополитической обстановки и прочее. Проекты «устойчивой инфраструктуры» - это учет факторов внешнего воздействия на всем жизненном цикле конкретного объекта - от подготовки проектной документации до вывода его из эксплуатации.
Такая постановка вопроса стимулировала, между прочим, соответствующую дискуссию в «Группе 20», завершившуюся принятием Принципов качественных инвестиций в качественную инфраструктуру (Principles of Quality Infrastructure Investment). Данный факт дополнительно подтверждает обоснованность новаторского подхода стран-учредителей к определению миссии НБР. Важнейший компонент этого новаторства - приоритизация переориентации на финансирование проектов в местной валюте, что призвано стать одной из основ «устойчивости» объектов инфраструктуры, поскольку они, как известно, генерируют финансовые потоки именно в местной валюте.
В-третьих, отказ от избыточной бюрократизации процессов принятия проектов к финансированию, осуществлению денежных переводов подрядчиком-исполнителем, мониторингу достижения промежуточных целей, отчетности. В основу своей операционной деятельности НБР поставил принятие мер превентивного характера, то есть эффективное управление рисками. Как следствие, разработано и принято 14 (!) политик, затрагивающих все аспекты проектной деятельности - от управления ликвидностью до комплаенса и антикоррупционных мер. Разумеется, результативность данной новации еще предстоит оценить, поскольку по состоянию на начало марта 2020 года ни один из проектов, финансируемых Банком, не завершен, ни один объект не сдан в эксплуатацию. Пока очевидно лишь то, что срок рассмотрения в НБР проектных заявок не превышает шести-восьми месяцев, в то время как у «традиционных» МБР этот период, как правило, занимает от 12 до 18 месяцев.
Таковы факторы, предопределившие успех Банка, о котором написал журнал «Экономист». Однако их перечень окажется неполным, если не назвать еще три не столь очевидных для стороннего наблюдателя обстоятельства. Прежде всего речь идет о той большой заинтересованности, с которой отнеслись лидеры объединения БРИКС к учреждению НБР, начиная с данного ими в Нью-Дели в марте 2012 года поручения министрам финансов рассмотреть вопрос о «целесообразности и жизнеспособности» (feasible and viable) такого шага и заканчивая мониторингом процессов разработки основополагающих документов, формирования руководящих органов и пополнения денежными средствами оплачиваемой части заявленного капитала.
Свою немалую роль сыграл и уже подзабытый доклад двух известных профессоров Николаса Штерна (Nicholas Stern) и Джозефа Стиглица (Joseph Stiglitz), опубликованный ими в сентябре 2011 года и посвященный учреждению международного банка развития и как инструмента сотрудничества в формате Юг - Юг, и как механизма перераспределения глобальных сбережений в целях финансирования объектов физической и социальной инфраструктуры. Этот документ стал своего рода «позиционным докладом» по актуальной проблеме и в значительной мере позволил «свести в пучок» мысли о Банке всех участников предварительных консультаций. Сказать, что это сильно помогло в консолидации позиций стран - членов объединения БРИКС, означало бы не сказать ровным счетом ничего. Правда, стоит заметить, что в упомянутом выше докладе Россия не фигурировала в числе стран - учредителей Банка развития Юг - Юг.
Наконец, крайне удачным стало решение отказаться от формирования постоянно действующего «резидентного» Совета директоров. Напротив, в НБР функционирует нерезидентный совет, в первый состав которого вошли главы делегаций, участвовавших в переговорах об учреждении Банка. Это обстоятельство сильно упростило и ускорило все внутрикорпоративные процессы, сблизило его менеджмент с акционерами и, как следствие, позволило оперативно идентифицировать проекты, пригодные для финансирования по линии НБР, а современные IT-технологии дали возможность принимать решения заочно или в режиме видеоконференций. Такого «гандикапа» не было ни у одного из ныне действующих МБР!
РОССИЯ
Успешно развивается российское направление операций НБР. Накопленный объем всех утвержденных Банком займов, предоставленных с целью финансирования проектов на территории Российской Федерации, составил 2,7 млрд. долларов. В 2020 году Банк при поддержке российской стороны намерен увеличить данный показатель как минимум в полтора раза. При этом кредитный портфель НБР, связанный с операциями в России, является самым диверсифицированным. Если в других странах-учредителях Банк финансирует преимущественно проекты в сфере энергетики и дорожной инфраструктуры, то в Российской Федерации его активность распространяется на сферы, которые принято относить к числу структурных реформ. В их числе - содействие реформе судебной системы (именно этот кредит привлек внимание журнала «Экономист»!), содействие развитию системы подготовки высококвалифицированных кадров для базовых отраслей экономики, комплексное развитие территории и инфраструктуры малых исторических городов и поселений, развитие систем водоснабжения и водоотведения территорий бассейна реки Волги.
Важное значение имеет и то обстоятельство, что Банк и его акционеры поддержали целый ряд инициатив России, направленных на повышение результативности деятельности НБР. В числе первых из них - принятие политики по взаимодействию и сотрудничеству с «малыми» региональными банками развития и национальными институтами развития. Конкретным результатом этих усилий стало кредитование Банком проекта «Норд-Гидро» по строительству малых гидроэлектростанций в Карелии через предоставление финансирования Международному инвестиционному банку и Евразийскому банку развития. Между прочим, именно этот проект обещает стать первым завершенным проектом с участием НБР, что, очевидно, имеет символическое значение как подтверждение правильности данного направления операций Банка. Также по инициативе России была разработана и утверждена политика по кредитованию проектов без суверенных гарантий. Ее «выгодоприобретателями» стали «СИБУР Холдинг» и ОАО «Российские железные дороги», подписавшие с НБР кредитные соглашения на 300 млн. долларов и 500 млн. швейцарских франков соответственно.
Во второй половине 2020 года запланировано открытие в Москве Евразийского регионального центра НБР. Соглашение об условиях его пребывания уже подписано между Правительством Российской Федерации и Банком. Оно предусматривает предоставление разного рода льгот и привилегий и самому Центру как юридическому лицу, и его сотрудникам. Это облегчит выполнение НБР функций, связанных с операциями на огромной территории Российской Федерации.
В среднесрочной перспективе Банк, очевидно, станет серьезным инструментом финансирования проектов устойчивого развития, в том числе в рамках исполнения положения Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2018 года №204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года».
ПЕРСПЕКТИВЫ
Если исходить из достигнутых результатов и темпов роста кредитного портфеля, то перспективы НБР выглядят более чем обнадеживающими. Банк уверенно занял нишу в международной финансовой архитектуре. Более того, некоторые из его инициатив послужили катализатором для развертывания работы в других МБР и на других многосторонних площадках. Экспансия Банка - в хорошем смысле - уже вышла за пределы стран-учредителей благодаря специально разработанной и принятой политике о финансировании проектов на территории стран, не являющихся членами НБР. Что касается интересов государств-учредителей, то они могут быть удовлетворены как минимум тем, что по мере раз вертывания деятельности Банка стала исчезать неопределенность в отношении того, на финансовые ресурсы какого института можно в случае необходимости положиться, если есть потребность в фондировании инфраструктурного проекта или проекта устойчивого развития среднего масштаба (до 1,0 млрд. долл.).
В то же время для всеобъемлющего выполнения возложенной на него миссии Банку и его акционерам необходимо постоянно решать ряд практических задач, не останавливаясь на достигнутом уровне. Во-первых, НБР, впрочем как и большинство кредитных организаций, испытывает сложности с идентификацией проектов, финансирование которых является приемлемым с точки зрения банковской практики (т. н. bankable projects). Работа с суверенными заемщиками имеет, разумеется, большое значение, и именно по этому пути идет Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, но в то же время эта работа не должна рассматриваться как «магистральная дорога» наращивания операций Банка. Кредитование проектов, инициируемых частным бизнесом, их софинансирование не только в форме займов, но и в виде участия в капитале не может не стать через несколько лет основой присутствия НБР в странах-акционерах. Пока с этим проблемы.
Во-вторых, лидеры объединения БРИКС рассчитывают на Банк как на «катализатор» проектов, имеющих интеграционный эффект, способствующий росту взаимной торговли и инвестиций. Не секрет, что на текущем этапе основными торговыми партнерами «пятерки» являются не они сами. Но Банк как раз и создан для того, чтобы уменьшить их зависимость от развитых экономик, повысить их роль в глобальном управлении. Понятно, что основная нагрузка здесь лежит на мерах, направленных на устойчивое развитие национальных экономик и финансовых систем стран-учредителей. Однако у НБР есть «интеграционный» потенциал и его необходимо задействовать.
В-третьих, - и эта позиция тесно связана с предыдущей - Банку предстоит развернуть целенаправленную работу по существенному расширению практики использования национальных валют стран БРИКС в своих операциях. Основная предпосылка к реши тельным шагам на этом направлении - наличие устойчивого спроса на заимствования именно в национальных валютах.
Размещение Банком облигационных займов, номинированных в местной валюте, на национальных рынках «пятерки» позволяет предоставлять кредиты в валюте, на которую имеется спрос у заемщика. Однако это лишь частично решает задачу эффективного использования средств оплаченной части уставного капитала, сформированной, как известно, в долларах. Интересам заемщиков Банка в большей мере соответствовала ситуация, когда НБР имел бы возможность предоставлять «смешанное» финансирование, то есть кредиты, фондируемые за счет платных (средства облигационных займов) и бесплатных (средства оплаченной части капитала) денег.
Расширение состава НБР - еще одно направление всеобъемлющего выполнения Банком возложенной на него учредителями миссии, особенно в контексте углубления сотрудничества в формате Юг - Юг. В решении этой задачи объединение БРИКС также пошло новаторским путем. Если для присоединения к «традиционным» МБР необходимо обратиться к ним с соответствующей просьбой (application), и процесс будет, скорее всего, запущен, то членство в НБР возможно только на основе приглашения (invitation). В целях сохранения идентификации НБР как «Банка БРИКС» это сделано сознательно, хотя его уставные документы предусматривают возможность участия в НБР стран - членов ООН, разумеется, разделяющих его цели и задачи. Все юридические предпосылки для расширения состава НБР созданы. Консультации - пока неофициальные и непубличные - проводятся, причем в них основную роль играют (и это также «новация») страны-учредители, а не менеджмент Банка. Уже в ходе саммита «пятерки» в Санкт-Петербурге соответствующие решения могут быть обнародованы. Начнется новый этап развертывания деятельности Нового банка развития.
Сергей Сторчак - директор Нового банка развития от Российской Федерации, заместитель министра финансов РФ (2005-2020 гг.), руководитель российской делегации на переговорах по НБР.
«Международная жизнь»
