Ярослав Лиссоволик
Среди инфраструктурных тенденций последних нескольких лет одной из наиболее активно обсуждаемых является создание биокеанских коридоров в основных регионах Глобального Юга. И хотя выгоды от запуска системы биокеанских коридоров, вероятно, будут ощущаться всей мировой экономикой за счет снижения зависимости от ограниченного числа узких мест, некоторые страны получат особенно ощутимые преимущества. Это касается крупнейших развивающихся рынков, в первую очередь экономик стран БРИКС, которые отделены от соседних океанических побережий расстоянием в 500–1000 км. По сути, крупнейшие экономики БРИКС, входящие в число мировых тяжеловесов, находятся в уникальном положении, позволяющем им стать главными бенефициарами от получения доступа к сети межокеанских коридоров и расширения возможностей межокеанского взаимодействия (крупнейшие развивающиеся экономики, такие как Китай и Индия, имеют выход только к одному океану — Тихому и Индийскому соответственно; то же самое касается Бразилии и Атлантического океана). В частности, расстояния (кратчайшее из возможных) от стран БРИКС до их океанических побережий следующие:
- От Бразилии до побережья Тихого океана: около 500–600 км (через Перу)
- От Индии до побережья Тихого океана: менее 950 км (альтернативные маршруты — менее 800 км) (через Таиланд)
- От Китая до побережья Индийского океана: около 500 км (через Мьянму)
- От России до побережья Индийского океана: около 1700 км (через Иран/Азербайджан)
В приведенном выше списке стран БРИКС, которым еще предстоит преодолеть разрыв для достижения биокеанского статуса, евразийский сегмент, в частности экономики стран с развивающейся экономикой (Россия, Индия, Китай), представляет собой особенно серьезную проблему. В случае с Россией ключевыми биокеанскими воротами в Индийский океан является Международный транспортный коридор Север — Юг (МТК С-Ю) — мультимодальная транспортная сеть, включающая морские, железнодорожные и автомобильные маршруты, соединяющая Санкт-Петербург в России с Мумбаи в Индии через Иран и Каспийское море. Сеть состоит из трех ветвей: Западная ветвь соединяет Россию и Иран через Азербайджан; Восточная ветвь соединяет Россию и Иран через Казахстан и Туркменистан; Транскаспийская ветвь соединяет порты России и Ирана через Каспийский бассейн.
Биокеанические ворота Китая в Индийский океан опираются на Китайско-Мьянманский экономический коридор (CMEC), а также на Китайско-пакистанский экономический коридор (КПЭК). Последний соединяет Кашгар в западном китайском регионе Синьцзян с портом Гвадар на Аравийском море (север Индийского океана) через сеть автомобильных, железных дорог и трубопроводов. Коридор CMEC соединяет город Куньмин (провинция Юньнань) на юго-западе Китая с Бенгальским заливом через Мандалай, Янгон и Кьяукпью в Мьянме.
Индия имеет выход к Тихому океану через Экономический коридор Меконг — Индия (MIEC), который проходит от Ченнаи до города Давэй в Мьянме (морской участок), а затем через Бангкок и Пномпень до Хошимина во Вьетнаме. Еще один межокеанский маршрут — трехсторонний коридор Индия — Мьянма — Таиланд (ИМТ), который соединяет город Море на северо-востоке Индии через Мьянму с Таиландом. Согласно существующим региональным соглашениям, этот коридор будет продлен до Тихого океана и достигнет Лаоса, Камбоджи и Вьетнама.
Вышеупомянутая сеть межокеанских коридоров в Евразии, возглавляемая странами с развивающейся экономикой, может значительно улучшить транспортное сообщение по всему континенту, особенно для стран Центральной Азии, не имеющих выхода к морю. Чтобы добиться синергетического эффекта от такой логистической сети, необходимо объединить ее основные артерии — за это выступает президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев. Региональные институты развития Евразии, такие как Евразийский банк развития, вместе с растущим числом банков развития могли бы сформировать платформу совместного финансирования для поддержки этих масштабных инфраструктурных проектов.
Объединение основных биполярных коридоров экономик стран с формирующимся рынком может со временем привести к появлению того, что можно назвать Кольцевой дорогой стран с формирующимся рынком (КСР), которая будет опираться на другие части евразийской транспортной сети, в том числе на инициативу «Один пояс, один путь». Международный транспортный коридор «Север — Юг» сформирует западный контур интегрированной КСР, проекты Индии и Китая — южный и восточный контуры, а инициатива «Один пояс, один путь» и другие транспортно-логистические линии Россия — Китай — северный контур логистической структуры. Хотя такая совместная интеграция может оказаться дорогостоящей с точки зрения капитальных затрат, особенно с учетом различий в инфраструктурных стандартах и структурах (включая ширину железнодорожной колеи), долгосрочные выгоды от расширения экономического сотрудничества между крупнейшими экономиками Евразии и удовлетворения потребностей внутренних регионов Евразии будут иметь решающее значение для успеха интеграционных усилий в рамках ШОС+ и ЕАЭС.
Двухокеаническое сообщение особенно важно для Китая и Индии: в случае с Китаем выход в Индийский океан повышает доступность страны к рынкам Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, которые также являются важнейшими источниками энергоресурсов; для Индии выход в Тихоокеанский бассейн расширит возможности торговли с АСЕАН — одной из самых быстрорастущих частей мировой экономики. Кроме того, вместо двух отдельных биоокеанических проектов, разрабатываемых Китаем и Индией, можно было бы создать совместный биоокеанический проект, который соединил бы Китай с Индийским океаном, а Индию — с Тихим океаном. Такая транспортная артерия потенциально могла бы стать одним из самых прочных связующих звеньев между двумя крупнейшими экономиками Глобального Юга. Важнейшим фактором в развитии экономических связей между Китаем и Индией может стать создание новых логистических артерий и проектов или возрождение старых, таких как экономический коридор Бангладеш — Китай — Индия — Мьянма (BCIM), пролегающий от Калькутты, Индия, через Бангладеш и Мьянму до Куньмина, Китай.
В целом, несмотря на многообещающие перспективы проекта RRR, он также подвержен значительным рискам, связанным с высокими требованиями к финансированию (которые будут удовлетворены за счет синдицированного регионального финансирования и софинансирования со стороны региональных банков развития), а также геополитическими рисками и рисками в сфере безопасности в регионе. Тем не менее система взаимосвязанных биокеанических коридоров RRR, объединяющая экономики стран с формирующимся рынком, удовлетворяет некоторые фундаментальные потребности в связности в Евразии, в том числе за счет укрепления связей между крупнейшими экономиками континента, а также за счет расширения возможностей доступа к прибрежным районам для регионов Центральной и Южной Азии, не имеющих выхода к морю. Уникальность логистических проблем, с которыми сталкиваются страны БРИКС при наращивании своего биокеанского потенциала, может быть решена с помощью скоординированных инфраструктурных усилий, что приведет к значительному мультипликативному эффекту для экономического сотрудничества внутри БРИКС и по линии Юг — Юг. Евразийская часть этих усилий может быть объединена с другими биокеанскими сетями Глобального Юга в Африке и Латинской Америке, причем последняя, в частности Бразилия, уже изучает возможность соединения региональных биокеанских маршрутов с портами Китая. Результатом такой межконтинентальной совместной реализации биокеанических проектов в основных регионах Глобального Юга станет глобальная сеть взаимосвязей, которая создаст альтернативные варианты для мировой экономики и снизит ее зависимость от традиционных перегруженных маршрутов.
Ярослав Лиссоволик - основатель BRICS+ Analytics.