Test version
Joint Site of Ministries of Foreign Affairs of BRICS Member States

Monday, October 16, 2017

Фонд суверенных облигаций в национальной валюте: перспективы для стран БРИКС

Александра Морозкина, руководитель направления «структурные реформы» Экономической экспертной группы – специально для ИнфоБРИКС

На саммите БРИКС в городе Сямэнь (Китай) лидеры стран БРИКС договорились о создании Фонда облигаций в национальных валютах стран БРИКС. Согласно Сямэньской декларации, этот фонд «призван внести вклад в обеспечение инвестиционной устойчивости в странах БРИКС, стимулировать развитие национальных и региональных рынков облигаций стран БРИКС, в том числе путем расширения участия иностранного частного капитала и повышения финансовой устойчивости стран БРИКС».

О создании фонда начали говорить еще летом, после встречи министров финансов стран БРИКС, прошедшей в июне, однако официальные подробности структуры и объема фонда пока остаются неизвестными. Как сообщали новостные агентства, после встречи министр финансов РФ Антон Силуанов в беседе с журналистами упомянул о планируемом его объеме - 10 млрд долларов.

Опираясь на международный опыт, уже в настоящее время можно предположить возможный эффект от создания этого фонда. Так, больше десяти лет функционирует аналогичный механизм - Второй азиатский фонд облигаций, запущенный в 2004 году решением Совещания руководителей группы центральных банков государств Восточной Азии и бассейна Тихого океана. Его задача - инвестирование средств в суверенные и квази-суверенные облигации в национальной валюте восьми стран Восточной Азии и бассейна Тихого океана – Китая, Гонконга, Индонезии, Кореи, Малайзии, Филиппин, Сингапура и Таиланда.

Структура и принцип работы Азиатского фонда направлены на стимулирование развития финансовых рынков стран-участников, и, согласно оценкам банка международных расчетов, достигнуты значимые результаты. Второй Азиатский фонд разделен на девять фондов – восемь страновых фондов по числу участвующих государств и один Паназиатский индексный фонд. Последний является пассивно управляемым, и доли страновых фондов в нем определяются четырьмя показателями: объем странового рынка облигаций (20%), оборот (20%), суверенный рейтинг (20%), открытость рынка (40%). Использование этих факторов, включающих институциональные, позволило не только диверсифицировать портфель паназиатского фонда и дать возможность участвовать в инициативе странам с относительно небольшими по объему финансовыми рынками, но и стимулировать страны-участники к развитию и открытию национальных рынков облигаций для получения большей доли.

В аналогичном виде фонд облигаций в национальной валюте БРИКС способен оказать положительный эффект на развитие стран пятерки по трем направлениям. Во-первых, он может способствовать развитию финансовых рынков стран группы в целом, как показывает опыт функционирования Второго азиатского фонда облигаций. Действительно, согласно анализу банка международных расчетов, за время функционирования фонда в восьми странах, участвующих в инициативе, были снижены барьеры для входа иностранных инвесторов, уменьшились транзакционные издержки и возросла ликвидность долговых рынков в национальной валюте.

Во-вторых, как следствие развития финансовых рынков и повышения ликвидности могут возрасти вложения в инфраструктурные проекты с использованием облигаций, что особенно актуально на фоне снижения объемов долгосрочных банковских кредитов. В настоящее время проекты в области инфраструктуры в странах БРИКС, как правило, финансируются с использованием синдицированных банковских кредитов, объем которых сократился после ужесточения банковского регулирования в странах ЕС, являющихся крупными кредиторами в структуре финансирования инфраструктурных проектов стран БРИКС.

Развитие рынков облигаций может стать источником дополнительных средств для быстро развивающихся инфраструктурных отраслей стран БРИКС. Облигации могли бы стать альтернативным инструментом - их доля в финансировании инфраструктурных проектов действительно выросла в послекризисный период (с 8% до 16%). Однако нестабильность финансовых рынков стран БРИКС продолжает сдерживать их рост, и пока выпуски облигаций используются, как правило, только для рефинансирования имеющихся кредитов.

Таким образом, создание фонда косвенно может способствовать снижению концентрации кредитного риска в банковском секторе и привлечению инвестиций в инфраструктуру в странах БРИКС с использованием инструментов рынка облигаций. Это актуально, в частности, и для России, где использование проектных облигаций для финансирования инфраструктурных проектов могло бы снизить нагрузку на бюджеты различных уровней.

Третьим перспективным следствием создания Фонда может стать привлечение иностранных инвесторов на долговые рынки стран БРИКС, что отдельно подчеркивается в декларации. В этом аспекте инициатива также может быть интересна России. С одной стороны, доля иностранных держателей в облигациях федерального займа РФ достаточно велика и достигает почти 30%. С другой стороны, в связи с нестабильностью национальной валюты России и спекулятивным характером значимой части вложений нерезидентов, привлечение иностранных инвесторов может стать полезным для российского долгового рынка. Этот вопрос становится особенно актуальным на фоне новостей о потенциальном выходе из рублевых облигаций одного из крупнейших иностранных держателей ОФЗ – Норвежского суверенного фонда.

Выделенные три перспективных направления являются лишь потенциалом, который возникает с созданием Фонда. Использование таких возможностей целиком зависит от самих стран БРИКС и их дальнейших действий, в частности, при обсуждении структуры фонда. Как показывает опыт Второго азиатского фонда облигаций, разделение на страновые фонды и общий, где доли распределяются в соответствии с показателями, характеризующими уровень развития рынков облигаций, дает толчок проведению реформ в области финансовых рынков в странах-участниках инициативы, что может быть использовано при разработке структуры облигационного фонда БРИКС.

В то же время проведение соответствующих реформ не является обязательным, и только время покажет, смогут ли страны-члены БРИКС воспользоваться открывающимися возможностями.